Рейтинг@Mail.ru






Яндекс.Метрика
 



100 Hot Books (Амазон, Великобритания)


ПРЕДИСЛОВИЕ (том первый)

Серия «Вехи экономической мысли» задумана как продолжающееся издание, аналогичное по характеру издаваемым на Западе «Чтениям» (Readings) по различным разделам экономической науки. Включаемые в них статьи обычно рекомендуются в качестве дополнительного материала для изучающих экономику по программам промежуточного (Intermediate) и продвинутого (Advanced) уровня. Необходимость подобного издания на русском языке прямо связана с задачей преодолеть последствия семиде­сятилетней изоляции широкого круга отечественных читателей от мировой экономической мысли, способствовать реорганизации экономического обра­зования в России, приближению его к мировым стандартам.

Первый выпуск серии включает переводы 15 статей, дающих пред­ставление о становлении и современном состоянии едва ли не наиболее «старого» раздела экономической теории, который, однако, полностью игнорировался советской экономической наукой, — потребительского пове­дения и спроса. Камнем преткновения, чужеродным элементом для гос­подствовавшей в нашей стране марксистско-ленинской политэкономии оказался здесь сугубо личностный, субъективный характер потребитель­ского поведения, конкретнее — субъективное понятие предельной полез­ности, лежащее в основе его теоретического анализа. При этом появление этого понятия обычно связывалось с австрийской школой в политэкономии и рассматривалось как реакция на появление работ К. Маркса.

Однако субъективное понимание полезности, как и ее предельного характера, значительно старше. Как заметил историк экономической мысли Э. Коудер, «анализ субъективных элементов в экономической ценности был начат Аристотелем», а «французские, итальянские, швей­царские авторы эпохи Просвещения сделали его настолько совершенным, что вполне возможно было уже во времена А. Смита создать систему политической экономии исключительно на основе предельной полезности».1

1 I. Е. Kauder. Genesis of the Marginal Utility Theory // Economic Journal. Vol. LXIII. Sept. 1953. P. 638

Среди этих авторов французы Э. Кондильяк (1714—1780) и А. Тюрго (1727—1781), итальянцы Ф. Галлиани (1728—1787) и П. Верри (1728— 1797), известный швейцарский математик и естествоиспытатель Д. Бер-нулли (1700—1782).
Так, Э. Кондильяк прямо предостерегал экономистов от объекти¬визации «ценности». «Но вздумали, — писал он, — почитать ценность ка¬чеством неотносительным, нераздельным с вещами и независимым от суждений, а сие сбивчивое понятие послужило лишь источником худых умствований».2

«Трагизм этих писателей, — продолжает Э. Коудер, — в том, что их труды оказались невостребованными и скоро были забыты... Действитель¬но, отец нашей экономической науки написал, что вода имеет большую полезность, но малую ценность. Этими несколькими словами Адам Смит обратил в прах все достигнутое за 2000 лет. Шанс начать в 1776, а не в 1870 г., с более верными представлениями об основах ценности, был упущен».3

Возможно, такой приговор в отношении А. Смита слишком суров. Бесспорно лишь то, что, восприняв у Смита «объективное» понятие «ценности в потреблении» (value in use), или «потребительной стоимости», и вменив ее самому «товарному телу», марксистская экономическая теория не только закрыла для себя возможности исследования потребительского поведения и спроса, но и обрекла себя на статус реликта допарадигмальной эпохи, если воспользоваться терминологией Т. Куна.4 Тем настоятельнее и сложнее задача возрождения экономической науки и образования в России.
Статьи, включенные в сборник, размещены в хронологической пос¬ледовательности, что позволило представить процесс развития теории в реальном времени, избежать столь соблазнительной схематизации. Опре¬деленной «платой» за это явилась проблемная неструктурированность сборника. Так, статьи Дж. Хикса «Реабилитация...» и «Четыре излишка...», а также статья Г. Хотеллинга, посвященные вопросам изме¬рения излишка потребителя и его роли в экономическом анализе, не следуют непосредственно за статьей Ж. Дюпюи, впервые применившего это понятие для оценки полезности. Статья Д. Бернулли, известная как «Санкт-Петербургский парадокс», открывает сборник, тогда как во многом перекликающаяся с ней статья М. Фридмена и Л. Сэвиджа помещена значительно далее. Последняя вместе со статьей К. Ланкастера пред¬ставляет так называемые «новые» или альтернативные варианты теории полезности. Но их разделяет статья М. Фридмена о кривой спроса, следующая в основном традиционной теории.
Для недостаточно подготовленного читателя можно рекомендовать иной порядок прочтения сборника, более соответствующий последователь¬ности изложения материала в стандартных курсах экономической теории.

2 Э. Кондильяк. О выгодах свободной торговли. СПб., 1817. С. 16.

3 Ibid. Р. 640.

4 См.: Т. Кун. Структура научных революций. М., 1977.

 

Им лучше начать с небольших и не требующих математической подготовки статей У. Джевонса, выход которых ознаменовал начало «маржиналистской революции». Взгляды, изложенные в этих статьях, сложились у Джевонса к началу 1860 г. Обе публикации оставались незамеченными широкой публикой до начала 70-х годов. Но и после публикации в 1871 г. «Теории политической экономии» 5 статьи юного Джевонса остались той вехой, от которой ведет свою историю современная экономическая теория. Из статьи Т. Скитовски читатель поймет, что между «удовольствием» и «страданием» существуют более сложные связи, чем это предполагалось во времена Джевонса, что может поставить под сомнение рациональность потребительского поведения.

Статья X. Лейбенстайна полезна для понимания перехода от индивидуального к рыночному спросу. В ней показано, что неаддитивность не является непреодолимым препятствием при переходе от индивидуаль­ных к рыночным кривым спроса, если включить в теорию спроса внешние потребительские эффекты.

Статья Ж. Дюпюи интересна как первое стройное изложение теории предельной полезности. В ней впервые введено понятие излишка пот­ребителя (по терминологии Дюпюи — относительная полезность), развитое впоследствии А. Маршаллом,6 рассмотрены проблемы косвенных (пото-варных) налогов, ценовой дискриминации. Фактически она представляет первый шаг по пути к современному анализу «затраты — выгоды» (costbenefit analysis).

Наконец, статья Дж. Винера дает весьма подробный обзор состояния количественной теории полезности на конец 20-х годов нашего века.

Статья Дж. Хикса и Р. Аллена, перевод первой части которой включен в сборник, знаменовала отказ от количественной и переход к порядковой теории полезности. Основные положения этой статьи через несколько лет были включены Дж. Хиксом в его книгу «Стоимость и капитал». Читатель должен иметь в виду, что содержащееся в статье положение о возрастающей норме замены было впоследствии снято автором и заменено положением об убывающей норме замены.7

Две другие статьи Дж. Хикса посвящены вопросам изменения излишка потребителя в контексте порядковой теории полезности, а статья Г. Хо­теллингапроблемам практического использования понятия излишка для решения некоторых задач экономической политики.

Статья М. Фридмена представляет исключительно тонкий анализ традиционной кривой спроса в связи с различиями между номинальным и реальным доходом.

Логическим завершением изучения теории потребления и спроса может стать знакомство с «новыми» теориями полезности К. Ланкастера и М. Фридмена—Л. Сэвиджа, логически созвучными статье Д. Бернулли.

5 В рус. пер.: В.-С. Джевонс. Политическая экономия. СПб., 1905.

6 А. Маршалл. Принципы политической экономии. М., 1983. Т. 1, кн. III, гл. VI

 

7 Дж. Хикс. Стоимость и капитал. М., 1988. С. 114, сноска 1.

 

 

Теория К. Ланкастера основана на представлении по

 

требления как производства, где отдельные товары рассматриваются как ресурсы (inputs), представляющие наборы определенных свойств или характеристик. Эти объективные свойства благ и являются объектом спроса в теории К. Лан­кастера. Статья М. Фридмена и Л. Сэвиджа была воспринята многими как возврат к количественной, измеримой полезности. Общий анализ проблемы измерения полезности и его значения для экономической теории представлен в статье А. Алчиана.

Несколько слов о терминах, использованных в сборнике. Английское слово «value», как и французское «valeur», повсюду переводилось как «ценность», а не как «стоимость», что соответствует и смыслу данного термина, и принятой в России в XIX—начале XX в. традиции.

Используемый А. Маршаллом термин "consumer's surplus" переводится у нас то как «избыток потребителя», то как «излишек потребителя». В сборнике принят второй вариант перевода с тем, чтобы избежать ненужных ассоциаций с терминами «избыток спроса», «избыток предложения». Сле­дует обратить внимание, что, как справедливо заметил К. Боулдинг, фактически мы измеряем «излишки» не потребителя и производителя, а покупателя и продавца.

Словосочетание "bandwagon effect" в названии статьи X. Лейбенстай-на связано с американской политической жизнью, где "to be in the bandwagon" означает «примкнуть к движению, имеющему шанс на успех». В немецкой литературе для обозначения того же эффекта используется термин «Mitlaufereffekt» — эффект бегущих в общей массе. В нашем сборнике этот американизм переведен как «эффект присоединения к большинству».

 

 

В. М. ГАЛЬПЕРИН

 

 

вернуться

 

 

Координация материалов. Экономическая школа

 

 

 







Контакты


Институт "Экономическая школа" Национального исследовательского университета - Высшей школы экономики

Директор Иванов Михаил Алексеевич; E-mail: seihse@mail.ru; sei-spb@hse.ru

Издательство Руководитель Бабич Владимир Валентинович; E-mail: publishseihse@mail.ru

Лаборатория Интернет-проектов Руководитель Сторчевой Максим Анатольевич; E-mail: storch@mail.ru

Системный администратор Григорьев Сергей Алексеевич; E-mail: _sag_@mail.ru