Рейтинг@Mail.ru






Яндекс.Метрика
 



100 Hot Books (Амазон, Великобритания)


Панорама экономической мысли конца XX столетия под ред. Д. Гринэуэя, М. Блини, И. Стюарта Перевод с английского под редакцией В. С. Автономова. Экономическая школа,2002. Т.1-XVI + 670 c., Т.2.-352 c.

 

Уильям Дж.Баумоль

ДЕТЕРМИНАНТЫ ОТРАСЛЕВОЙ СТРУКТУРЫ И ТЕОРИЯ СОСТЯЗАТЕЛЬНЫХ РЫНКОВ

 

24.1. Введение

 

     В теории рынка общепризнано, что структура отрасли оказывает глубокое воздействие на поведение цен и выпуска, а в теории фирмы она выступает в качестве важнейшей детерминанты результатов дея­тельности отдельного предприятия. Отраслевая структура оказывает также большое влияние на нашу оценку равновесия в экономической теории благосостояния и играет ключевую роль в анализе проблемы адекватного государственного вмешательства в функционирование фирм и отраслей. Конечно, эта структура определяется не случайны­ми причинами, а, по-видимому, глубоким воздействием экономиче­ских факторов. Однако фактически вплоть до самого недавнего вре­мени основная часть экономической теории развивалась так, как буд­то отраслевая структура определялась экзогенно — так сказать, под влиянием воздействия на экономику неких неизвестных сил или субъ­ектов.

     По меньшей мере три направления исследований недавно на­чали изменять это положение дел. Старейшее из них — работы по теории игр, содержащие множество моделей определения структу­ры олигополистических рынков в различных условиях (см. гл. 17). Второе направление разрабатывалось в трудах, интерпретирующих фирму как механизм снижения трансакционных издержек; с этим подходом наиболее тесно ассоциируются исследования Уильямсона (Williamson 1985). Работы в рамках этого направления также кон­центрируют внимание преимущественно на случае олигополии, хотя, несомненно, они имеют отношение к гораздо более широкому кругу ситуаций. Третье направление исследований связано с теорией со­стязательных рынков. Хотя эта теория одинаково (и одинаково узко) применима к случаям совершенной конкуренции, олигополии, мо­нополии и других рыночных форм, ее всеобщность отнюдь не так велика, как может показаться, поскольку проводимый в ее рамках анализ справедлив в полной мере лишь для случая совершенной состязательности, которая представляет собой теоретическое поня­тие, практическое воплощение которого, по-видимому, встречается столь же редко, как и совершенная конкуренция.

     Несмотря на указанные ограничения, кажется несомненным, что разработки в рамках этих трех направлений представляют собой значительный прогресс в важной сфере, которая прежде была почти абсолютно неисследованной, и тот факт, что здесь предстоит сделать еще много работы, должен только стимулировать интерес экономи­стов к тому, что уже удалось достичь.

 

24.2. Что такое отраслевая структура?

 

     Термин «отраслевая структура» вмещает в себя множество ас­пектов, которое гораздо богаче, чем то, о чем обычно говорят учебни­ки вводного уровня. Верно, что «совершенная конкуренция», «моно­полистическая конкуренция», «олигополия» и «чистая монополия» являются различными структурными формами. Однако в полное описание структуры конкретной отрасли входят и другие важные элементы. Например, одна отрасль может быть в большей степени вертикально интегрированной по сравнению с другой, причем пер­вая из них достигает необходимой степени координации на основе централизованного планирования и прямого регулирования, тогда как вторая функционирует на основе контрактов или же просто с опорой на рыночные процессы, руководствуясь ценовым механиз­мом. Вдобавок структура отрасли зависит от широты ассортимента продукции, т. е. от выбора между узкой специализацией и значи­тельной диверсификацией, а также от того, в какой степени НИОКР и инновации институционализируются как рутинная часть деятель­ности фирмы или же «предаются на волю случая». Стратегические факторы (если таковые имеются), встроенные в нормальную дея­тельность отрасли в виде, например, сознательно поддерживаемых барьеров на вход в нее новых фирм, также могут трактоваться как важные структурные характеристики отрасли как при анализе ре­зультатов ее деятельности, так и при выработке адекватной эко­номической политики.

     Такое расширение рассматриваемого термина — не семантиче­ское упражнение, но важная проблема, поскольку конечной целью является составление перечня типов организационных характеристик, в той или иной степени присущих многим отраслям (если не боль­шинству из них), характеристик, которые существенным образом влияют на поведение отрасли и не должны упускаться из внимания при выработке экономической политики. Акцент на широком разно­образии характеристик, формирующих структуру отрасли, важен для данного анализа еще и потому, что помогает объяснить вклад трех направлений исследований детерминант отраслевой структуры, о ко­торых пойдет речь далее.

 

24.3. О сферах анализа, к которым относятся три направления исследований

 

    Было бы ошибкой рассматривать трансакционный анализ, тео­рию игр и теорию состязательных рынков как соперничающие на­правления исследований. Напротив, они являются взаимодополняю­щими, и каждая из них ориентирована на то, чтобы пролить свет на те области анализа, к которым остальные теории неприменимы. Эти различия помогают объяснить конкретный вклад соответству­ющих теорий в понимание детерминант отраслевой структуры. Область анализа, к которой относятся трансакционный анализ и теория игр и к которой неприменима теория состязательных рын­ков, связана с теми отраслями, чей производственный процесс тре­бует осуществления значительных безвозвратных (sunk) инвести­ций, непременно носящих специфический характер. Именно при наличии таких безвозвратных издержек вход в отрасль может быть рискованным и дорогостоящим. По определению при отсутствии безвозвратных издержек вступившая в отрасль компания, столкнув­шись с убытками, может беспрепятственно уйти из данной отрасли, изъяв при этом все свои ранее сделанные («возвратные») инвести­ции. Таким образом, «бесплатный выход» из отрасли эквивалентен «бесплатному входу» в нее. Именно наличие барьеров входа, позво­ляющих фирмам осуществлять сговор и формировать коалиции для получения прибыли за счет конкурентов или потребителей, порожда­ет зависимость производителя от деятельности ограниченного числа поставщиков и создает возможность нанесения взаимозависимым экономическим агентам очень значительного ущерба от сбоев в деятельности тех агентов, от которых они зависят. Данные обстоя­тельства, в свою очередь, побуждают использовать дорогостоящие механизмы мониторинга и контроля за поведением таких субъек­тов рыночных отношений.

     Напротив, полное отсутствие безвозвратных издержек и, как следствие, отсутствие барьеров входа представляют собой отличи­тельный признак совершенной состязательности. При таких усло­виях рыночный механизм функционирует (почти) совершенно, по меньшей мере в теории, побуждая при наличии двух или большего количества производителей принимать такие ценовые и производственные решения, которые необходимы для максимизации экономи­ческого благосостояния. Например, чрезмерно высокие цены и/или прибыли или неэффективность производства предоставляют возмож­ности получения прибыли для вновь входящих в отрасль компаний, которые по сравнению со «старыми» компаниями в отрасли менее склонны к хищническому (grasping) поведению или более эффек­тивны. Если «старые» компании не изменят своего «нежелательно­го» поведения, они могут потерять клиентов, которые уйдут к но­вым фирмам. При этом «старым» компаниям нет смысла жертво­вать своей прибылью или прибегать к другим стратегическим шагам для вытеснения вошедших в отрасль компаний, поскольку при полном отсутствии безвозвратных издержек «новички» могут покинуть рынок без каких-либо потерь для себя, с тем чтобы вер­нуться в отрасль, как только «старые» компании вернутся к преж­ней поведенческой стратегии.

    Если вновь обратиться к обсуждению проблемы безвозвратных издержек, то очевидно, что здесь имеются две основные возможности. Производители, оперирующие на рынке со значительными безвоз­вратными издержками, могут начать борьбу с конкурентами или же объединиться с неким потенциальным конкурентом, чтобы угрожать борьбой другим (или начать против них такую борьбу). С другой стороны, потенциальные «борцы» или «игроки», имеющие определен­ные подозрения в отношении намерений или будущего поведения друг друга, могут выработать правила, в некоторой степени гаранти­рующие, что каждая сторона будет действовать приемлемым для остальных сторон образом. Первый из этих двух типов действий, порождающий активное соперничество, конечно, является сферой ис­следований теории игр. Второй тип действий, при котором для обес­печения некоторой степени координации поведения и защиты ин­тересов сторон преднамеренно заключаются институциональные со­глашения, является сферой исследований трансакционного анализа. С рассмотрения этого последнего подхода мы и начнем обсуждение достижений в области исследования детерминант отраслевой струк­туры.

 

24.4. Трансакционный анализ: отраслевая структура как средство снижения издержек координации

 

    Хотя трансакционный анализ содержит глубокие идеи относи­тельно поведения фирм и проливает новый свет на проблемы эконо­мической политики, пока что он не имеет формально последователь­ной аналитической структуры. Поэтому отсутствует возможность описать общую модель этого подхода и продемонстрировать следую­щие из нее выводы применительно к детерминантам отраслевой струк­туры. Как следствие, нам придется придерживаться традиционного подхода, принятого в литературе данного направления, описывая кон­кретные тематические сферы и рассматривая конкретные примеры. На основе данного подхода мы покажем, как потребность в специали­зированных безвозвратных инвестициях может повлиять на степень вертикальной интеграции.

    Рассмотрим продукт, наиболее эффективный способ изготовле­ния которого предусматривает использование ресурса, производимого с помощью очень дорогой машины; в то же время данная машина настолько специализирована, что для любых других экономических агентов ее ценность не намного превышает ценность металлолома. Поэтому интересам изготовителя конечного продукта будет причинен ущерб в том случае, если поставщик указанного ресурса окажется не в состоянии приобрести данную машину. Однако такие инвестиции влекут за собой значительный риск для поставщика, поскольку если в ближайшем будущем изготовитель конечного продукта обратится к другому поставщику, начнет использовать другой производствен­ный процесс или вообще уйдет из этой сферы бизнеса, то большая часть средств, вложенных в специализированную машину, будет безвоз­вратно потеряна. Опасность описанной ситуации для изготовителя конечного продукта состоит в том, что если ввиду описанных сообра­жений поставщик откажется от приобретения машины, такой отказ приведет к потерям, большую часть которых понесет сам изготови­тель конечного продукта.

    Чтобы избежать такого опасного развития событий, производи­тель конечной продукции должен найти какой-либо способ принять на себя обязательство, т. е. ограничить свою собственную свободу дей­ствий, тем самым убеждая поставщика ресурсов в том, что приобре­тение машины будет вполне надежным вложением средств. Данное обстоятельство, помимо прочего, иллюстрирует следующий принцип: правила, предотвращающие принятие таких обязательств, приводят к потерям ценных активов индивидов, чья свобода оказывается неогра­ниченной, как это имело место в случае со средневековыми монарха­ми, которые вынуждены были занимать деньги по более высоким процентным ставкам, чем их подданные, ввиду отсутствия механиз­мов, с помощью которых король мог бы обязать себя к выплате дол­га. Наш изготовитель конечного продукта имеет обычно достаточно значительную свободу выбора вариантов своего поведения, поэтому для него открыты возможности двух основных типов. Он может за­ключить долгосрочный контракт с поставщиком ресурса, обещая по­купать хотя бы некоторое определенное количество ресурса в год в течение фиксированного количества лет. Альтернативной возможно­стью является слияние с фирмой-поставщиком, т. е. вертикальная интеграция.

    При подобных обстоятельствах заключение контрактов может приносить удовлетворительные результаты, но с ним могут быть сопряжены определенные сложности. В контракте трудно оговорить все возможные обстоятельства. Например, предположим, что кон­троль качества со стороны поставщика ресурсов ухудшается. До какой степени должно снизиться качество поставляемого ресурса, чтобы покупатель был освобожден от своего контрактного обяза­тельства? Каким образом обеспечить мониторинг за соблюдением сторонами условий договора? Какими правами располагает каждая из сторон, если у нее возникают сомнения в соблюдении другой стороной условий контракта? Что случится, если покупатель ре­сурса обанкротится? Будут ли в такой ситуации средства банкрота использованы для выплаты компенсации продавцу ресурса? Издерж­ки, связанные с тем, чтобы оговорить все эти проблемы в контракте и реализовать соответствующие меры в случае наступления ого­воренных обстоятельств, очень высоки. К этому можно добавить, что в принципе невозможно заключить контракт, учитывающий абсолютно все аспекты деятельности и специфицирующий шаги, которые должны быть предприняты при наступлении каждого из возможных обстоятельств. С учетом всего этого становится ясно, что контракт — очень несовершенное решение обсуждаемой про­блемы.

     Однако альтернативное решение — вертикальная интеграция — порождает проблемы, сопоставимые по сложности с описанными выше. В интегрированной фирме решения дочерней компании, вы­пускающей рассматриваемый ресурс, могут контролироваться толь­ко при несении издержек мониторинга. На большом предприятии жесткий контроль со стороны высшего руководства будет порож­дать бюрократическую неэффективность, чрезмерно строгий надзор за деятельностью дочерней компании и т. п. Очень серьезной ока­зывается проблема стимулов, нелегко координировать децентрали­зованные решения внутри фирмы и т. д.

    Нам нет нужды продолжать дальше. Суть в том, что обе возмож­ности сопряжены с издержками и несовершенны, так что рациональ­ный выбор между контрактом и интеграцией — выбор, определя­ющий структуру фирмы и отрасли в данном аспекте, — будет пред­усматривать сопоставление транксакционных издержек двух линий поведения. Понятно также, почему стороны вынуждены делать такой выбор в ситуации, когда для обеспечения эффективности требуются крупные безвозвратные инвестиции: ведь при отказе и от заключе­ния контракта, и от интеграции указанные инвестиции будут слиш­ком рискованными для поставщика ресурсов и результат его отказа от их осуществления приведет к наихудшим результатам из трех описанных вариантов действий.

    Данный пример показывает, каким образом трансакционный анализ проливает свет на определение элементов отраслевой структу­ры, которые другие подходы вынуждены игнорировать. Однако он, как представляется, мало что говорит нам о наиболее актуальном вопросе в сфере отраслевой организации: что определяет базовую рыночную форму (олигополистическую, монополистическую и т. д.), которая возникает в отрасли или которую отрасль оказывается вы­нужденной принять.

 

24.5. Вклад теории игр

 

    С самого своего возникновения теория игр обеспечила получение результатов, важных для понимания детерминант отраслевой струк­туры. Анализ, проведенный в основополагающей книге фон Нейманна и Моргенштерна (von Neumann, Morgenstern, 1944), содержит де­тальное рассмотрение понятия коалиций, их формирования и выжи­вания. Ясно, что количество и размер коалиций, на которые делится рынок, оказывают критически важное влияние на его структуру. Последующие работы — некоторые из них будут описаны ниже, — вносят более непосредственный вклад в рассмотрение этой проблемы. Однако мы не утверждаем, что данные работы содержат обобщенный анализ детерминант отраслевой структуры. Достижение подобных обоб­щений едва ли возможно вследствие богатства и разнообразия моде­лей, предлагаемых теорией игр, которые, по-видимому, отражают широкое разнообразие возможностей, возникающих, когда взаимоза­висимость решений оперирующих на рынке фирм очевидна им са­мим и когда стратегические соображения присутствуют на всех эта­пах процесса принятия решений. Как следствие, можно лишь проил­люстрировать конкретные модели теории игр, избегая каких-либо попыток обобщения. Как бы там ни было, более всеобъемлющее ис­следование стратегического поведения содержится в гл. 17.

    Здесь мы рассмотрим некоторые публикации, посвященные стратегическим элементам поведения, влияющим на решения в области слияний и на размер возникающей в результате таких слияний фирмы. В качестве отправной точки анализа мы должны допустить, что существует определенный размер образуемой в ходе слияния фирмы, который оптимален (эффективен) при абстрагиро­вании от стратегических элементов поведения. Этот размер может определяться возможностями экономии от масштаба и диверсифи­кации (scale and scope), которые, в свою очередь, определяют размер образуемой в ходе слияния фирмы, совместимый с минимизацией стоимости ресурсов, используемых для выпуска вектора продукции отрасли. Однако, как мы вскоре увидим, стратегические соображе­ния могут приводить к тому, что размер фактически образуемой в ходе слияния фирмы оказывается либо меньше, либо больше опти­мального.1

    Двухпериодные модели олигополии предназначены для анализа стратегического поведения с использованием простого сценария. Уже функционирующая в отрасли фирма (или множество таких фирм), «фирма 1» (или «множество фирм 1»), осуществляет инвестиции или слияние в течение первого периода. Мы можем обозначить стоимость соответствующего проекта (измерение и определение которой будут, очевидно, зависеть от природы самого проекта) через К. Предполага­ется, что величина К прямо не влияет на конкурентов, но воздейству­ет на некоторый элемент поведения фирмы 1 во втором периоде, например на значение переменной x1 являющейся объектом реше­ния этой фирмы. Значение данной переменной, в свою очередь, вли­яет на ее конкурента (конкурентов) — фирму (фирмы) 2, который реагирует посредством изменения значения переменной х2, явля­ющейся объектом его решения. Определим эти две переменные так, что увеличение х1 причиняет ущерб интересам фирмы 2, и наоборот. Тогда стратегическая задача фирмы 1 заключается в выборе такого значения К, которое через воздействие на х1 побуждает фирму 2 умень­шить величину х2. Это означает, что при отборе максимизирующего прибыль значения К фирма 1 будет учитывать не только выгоды, непосредственно связанные с этим значением, но также и выгоды, достигаемые косвенно за счет снижения величины х2.

    Обозначим через К* значение К, максимизирующее непосред­ственные выгоды фирмы 1 от реализуемого ею проекта, а через КSмаксимизирующее прибыль значение К с учетом как прямых, так и стратегических выгод. Тогда в зависимости от знака производных dx1/dK и dx2/dK мы можем получить либо КS > К*, либо обратное соотношение этих величин. В частности, если dx1/dK < 0, то мы, оче­видно, имеем КS > К* при dx2/dx1 поскольку «избыточный» рост К обусловит снижение x1 что, в свою очередь, приведет к падению х2. Такая стратегия именуется в работе Фуденберга и Тироля (Fudenberg, Tirole, 1984) «стратегией жирного кота» («fat-cat strategy*), в соот­ветствии с которой фирма 1 реализует проект, масштаб которого пре­вышает оптимальный, что побуждает ее сдерживать свою агрессив­ность, порождая аналогичную реакцию со стороны фирмы 2. Такая линия поведения меняется на противоположную, когда dx2/dx1 < 0: КS < К*. По Фуденбергу и Тиролю, это «стратегия тощего и голодно­го» («lean-and-hungry strategy*), согласно которой недостаточное вло­жение в реализацию проекта фирмы 1 стимулирует ее агрессивность, «устрашая» фирму 2 и побуждая ее к уступкам.

 

--------------------------------------

1  Последующий анализ в значительной мере опирается на превосходный обзор применения методов теории игр к изучению олигополистического поведения: Shapiro (1987)

 

    Данную линию рассуждений можно применить к анализу про­блемы слияний следующим образом. Пусть К или, скорее, М обознача­ет стоимость слияния согласно оценкам, к примеру, задействованных в нем фирм. Рассмотрим два альтернативных сценария. В первом из них фирмы конкурируют, изменяя объем выпуска q (конкуренция по Курно), тогда как во втором сценарии инструментом конкуренции выступает цена р (конкуренция по Бертрану). Тогда x1 из вышеприве­денного описания следует заменить на qi в случае конкуренции по Курно и на pi — в случае конкуренции по Бертрану. Но обычно мы ждем того, что рост р1 скорее всего, приведет к росту р2 через сниже­ние потерь при сбыте продукции фирмы 2, связанных с повышением цены. Иными словами, мы ожидаем, что dp2/dp1 > 0. Однако когда инструментом конкуренции является количество, неравенство при­нимает обратный знак, поскольку увеличение объема выпуска фир­мы 1 насыщает рынок.

    Салант с соавторами (Salant et al., 1983), а также Дэвидсон и Денеккер (Davidson, Deneckere, 1985) используют эти наблюдения для обоснования вывода о том, что поскольку слияния побуждают фирмы быть менее агрессивными (dx1/dM < 0), то при наличии конкуренции по Курно такие слияния будут приводить к MS < М*, в то время как при конкуренции по Бертрану описанное неравенство примет обрат­ный знак в точности по тем причинам, которые были обобщены в предыдущих абзацах.

    Таким образом, приведенный выше материал — яркая иллю­страция способа, посредством которого использование методов тео­рии игр проливает свет на факторы, влияющие на отраслевую струк­туру при наличии олигополии и безвозвратных инвестиций.

   

24.6. Детерминанты отраслевой структуры на совершенно  состязательных рынках

 

    Третье направление исследований детерминант отраслевой струк­туры — теория состязательных рынков — имеет дело со случаем, аналитически сильно отличающимся от тех, к которым применимы трансакционный анализ и теория игр. Это случай, при котором ры­ночные силы почти так же могущественны, а фирмы почти так же бессильны, как и в условиях совершенной конкуренции. При совершен­ной состязательности нет нужды связывать мощь рынка с большим количеством уже действующих на нем фирм из-за возможности вхо­да на рынок новых компаний, не сопряженного с осуществлением безвозвратных издержек, причем численность таких потенциальных «новичков» достаточна для того, чтобы «дисциплинировать» уже су­ществующие фирмы. Это, помимо прочего, облегчает формальный анализ ввиду того, что цены принимают форму параметров, не под­контрольных фирмам, — в точности так же, как если бы имела место совершенная конкуренция. Но применительно к целям нашего обзо­ра наиболее примечательная черта совершенной состязательности заключается в том что в отличие от совершенной конкуренции или характеристик теоретико-игровых ситуаций она не является исклю­чительно или даже в первую очередь свойством одной конкретной рыночной формы. Любая отрасль независимо от ее рыночной формы может (теоретически) быть совершенно состязательной при условии, что предприятия не несут безвозвратных издержек. Именно данное свойство, благодаря которому отрасль может быть совершенно состя­зательной и при этом иметь любую рыночную форму, открывает воз­можности применения теории состязательных рынков для изучения отраслевой структуры.

    Используемая для этой цели процедура впечатляюще проста. Она базируется на теореме, согласно которой любой вектор выпуска должен в долгосрочном периоде производиться при минимальных издержках, так как в противном случае у эффективной новой фир­мы, пожелавшей войти в отрасль, или у группы таких фирм появят­ся возможности получения прибыли, поскольку эта фирма (группа фирм) будет в состоянии захватить рынок вследствие своего превос­ходства в эффективности и возможности назначить более низкие цены. Но для того, чтобы производство осуществлялось при минимальных издержках, необходимо принять минимизирующую издержки отрас­левую структуру. Например, предположим, что ассортимент выпуска­емой отраслью продукции может быть произведен при минимальных издержках в том случае, если в отрасли функционирует сто фирм, в то время как фактически в ней функционируют только две. При отсутствии издержек входа это будет создавать стимулы для вторже­ния на рынок меньших по размеру и, по-видимому, более эффектив­ных предприятий, причем уже существующие фирмы будут бессиль­ны его предотвратить. Процесс вхождения на рынок новых фирм прекратится лишь после того, как количество компаний в отрасли достигнет ста, поскольку тогда — и только тогда — будут исчерпаны возможности для получения прибыли в результате такого входа. Та­ким образом, в условиях состязательности рыночные силы не позво­ляют отрасли «принять» дуопольную структуру, и их действие приво­дит к тому, что ее итоговая структура окажется ближе к чистой конкуренции, чем к олигополии.

    Эта часть рассуждений подозрительно элементарна и лишь под­водит к тонкостям и сложностям, которые обнаруживаются на следу­ющем этапе анализа, когда речь заходит о расчете числа предприя­тий, обеспечивающего минимизацию издержек, их распределении по размеру, характеристиках ассортимента выпускаемой продукции каж­дой минимизирующей издержки фирмы и т. д. Очевидно, решения этих вопросов зависят от особенностей фактических функций издержек многопродуктовых фирм. При этом должны быть формализова­ны и переведены в аналитически приемлемые формы такие понятия, как экономия от масштаба, взаимодополняемость в производстве раз­личных выпускаемых отраслью продуктов и эффективный масштаб производства для каждого возможного множества пропорций выпу­ска; должны быть также четко расписаны роли этих факторов в ис­следуемом процессе. В действительности теория уже содержит реше­ние соответствующих вопросов, что можно рассматривать как первый шаг в требуемом направлении. Используемые при этом методы вкрат­це описываются в следующем разделе (более подробно см. Baumol et al., 1988 : ch. 5, 6).

    Соответствующий анализ связан с еще одной сложностью. Как нам известно, предшествующие работы показали, что формирующие­ся на рынке уровни выпуска и цен зависят от существующей рыноч­ной формы. Например, общепризнано, что, при прочих равных усло­виях, при монополии цены будут выше, а выпуск ниже, чем при совершенной конкуренции. Однако теория состязательных рынков показывает, что обратное также верно — отраслевая структура, в свою очередь, подвергается воздействию со стороны цен и выпуска. Напри­мер, представим себе отрасль, выпускающую один продукт, в которой функционируют фирмы, имеющие U-образные кривые средних издер­жек. Предположим также, что минимум средних издержек достига­ется при объеме выпуска, равном 1 миллиону единиц в год. Тогда если эффективный рыночный спрос равен 1 миллиону единиц, то минимизирующая средние издержки отраслевая структура будет, оче­видно, монополией. Однако если объем спроса удвоится, то наиболее эффективной структурой станет дуополия. Из всего этого следует, что логически неправильно осуществлять поэтапный анализ, в ходе которого сперва делается попытка объяснить структуру отрасли, а за­тем исследуются цены и объемы выпуска, являющиеся следствием этой структуры, уровня издержек и условий спроса. Напротив, по меньшей мере в теории, следует учитывать взаимозависимость отрас­левой структуры и объемов выпуска и анализировать их одновремен­но. Попытка такого учета также предпринята в теории состязатель­ных рынков.

    С точки зрения формальных критериев ей, по-видимому, удалось достичь в этом успеха, и никто из критиков теории состязательных рынков, кажется, не испытывает сомнений на сей счет. Основной недостаток рассматриваемой теории состоит в том, что, как известно, ее объяснение детерминант отраслевой структуры «работает» только в теоретическом и абстрактном мире совершенной состязательности. Имеются предположения относительно того, что аналогичная линия рассуждений может с оговорками применяться и к другим ситуаци­ям, но, к сожалению, пока нет веских доказательств  справедливости этих предположений. Данный недостаток имеет прямое отношение к применимости теории для анализа реального мира, в котором ни конкуренция, ни состязательность никогда не могут быть совершен­ными. Тем не менее данная теория в некоторых вопросах продемон­стрировала свою связь с реальностью. В частности, она инспирировала небольшой поток эконометрических исследований на отраслевом уровне, некоторые из них были ориентированы на изучение миними­зирующих издержки структур конкретных отраслей и сравнение эффективных и реально существующих структур

(см. Baumol et al., 1988 : ch. 17, Section E)

 

24.7. Методы теории состязательных рынков, предназначенные для анализа отраслевой структуры

 

Среди новшеств, предложенных теорией состязательных рын­ков, наибольшее внимание исследователей, вероятно, привлекли те, которые были связаны с новыми или модифицированными аналити­ческими методами. Соответственно в этом разделе мы попытаемся описать характеристики методов, используемых этой теорией для анализа детерминант рыночной структуры. В ходе обсуждения бу­дут представлены некоторые базисные понятия, употребляемые для данной цели: субаддитивность издержек, являющаяся как опреде­лением естественной монополии (если субаддитивность характерна для отрасли в целом), так и универсальным требованием для обес­печения оптимального размера фирмы и широты ассортимента вы­пускаемой продукции; убывающие по лучу средние издержки (decli­ning ray average cost) как индикатор локальной экономии от мас­штаба; кросс-лучевая вогнутость (trans-ray convexity) как критерий комплементарности выпускаемых продуктов; и, наконец, геометри­ческое место точек эффективных масштабов производства фирм с меняющимися пропорциями выпускаемых продуктов. Будет опи­сана ключевая роль субаддитивности в определении отраслевой структуры, а затем будет показана и объяснена трудность проверки ее наличия в эмпирических данных или теоретической модели. Наконец, будут представлены две теоремы, занимающие централь­ное место в рассматриваемом анализе.

Согласно общепринятой ранее теории, наличие экономии от мас­штаба является необходимым и достаточным условием для того, чтобы отрасль была естественной монополией. По-видимому, трудно оспо­рить тот факт, что как на обыденном языке, так и на языке экономи­стов термин «естественная монополия» ассоциируется со случаем, когда выпуск отрасли может быть произведен с наименьшими издержками в одной фирме, а не на нескольких предприятиях. Однако, как это будет показано ниже, данное представление не идентично понятию экономии от масштаба. Предложенное выше определение естествен­ной монополии на самом деле соответствует тому, что подразумевает­ся под термином «субаддитивность издержек».

Формально субаддитивность можно определить следующим образом. Пусть С(У) представляет собой общие издержки производ­ства вектора выпуска У, а Уi — вектор выпуска, производимого фирмой i. Теперь если мы отберем любое множество значений Y1, такое, что

 

                                                                                ? Yi = Y

 

т. е. такое, что выпуск У полностью распределяется среди всех рас­сматриваемых фирм, то тогда функция издержек С(У) строго субадди­тивна при векторе У, если и только если

 

                                                                                  C (Yi) > C(Y)

 

Иными словами, функция совокупных издержек строго суб­аддитивна при У, если не существует множества фирм и распределе­ния У среди данных фирм, которые позволяли бы производить У по меньшей мере со столь же низкими издержками, как в случае, когда он производится одним предприятием.

Должно быть ясно, что это определение представляет собой перевод на формальный язык традиционного понятия естественной монополии. Однако оно является чем-то большим, поскольку, как можно без труда убедиться, любая минимизирующая издержки от­раслевая структура независимо от того, характеризуется ли она на­личием двух фирм или тысячи, должна удовлетворять этому нера­венству. Если при эффективной отраслевой структуре фирме i соответствует вектор выпуска Yi, то функция издержек фирмы i должна быть (нестрого) субаддитивной при Yi. Более того, чтобы эффективное решение было единственным, в этой точке издержки должны быть строго субаддитивными. Это должно быть ясно, по­скольку если бы функция не была субаддитивной, то издержки можно было бы уменьшить, «перераспределив» выпуск Уi, произво­димый фирмой i, в пользу двух или большего числа предприятий, тем самым опровергнув условие, согласно которому исходное рас­пределение выпуска минимизирует общие издержки. Таким обра­зом, хотя понятие субаддитивности издержек имеет критически важное значение для анализа естественной монополии, оно, по мень­шей мере в скрытой форме, играет не меньшую роль в случае «естественной олигополии», т. е. в случае, при котором структурой, минимизирующей издержки, является олигополия, или же в случае «естественной совершенной конкуренции» и т. д. В любом из этих случаев необходимо, чтобы каждой фирме при принятии миними­зирующего издержки решения соответствовал вектор выпуска, при котором ее издержки оказываются субаддитивными.

Хотя субаддитивность и является понятием, которое легко уяс­нить интуитивно, к сожалению, с ним трудно работать непосредствен­но в ходе формального или статистического анализа. Например, хотя оно и в самом деле связано с экономией от масштаба, но в случае многопродуктовой фирмы такая экономия не является ни необходи­мым, ни достаточным условием субаддитивности. Тот факт, что она не представляет собой необходимое условие, легко доказать от про­тивного (Faulhaber, 1975). Рассмотрим однопродуктовую отрасль, в которой должны быть предложены три единицы выпуска. Если все они производятся разными фирмами, то средние издержки производ­ства составляют 14 долл. Единственная фирма может произвести две единицы за 18 долл. и три единицы за 30 долл. Ясно, что самый дешевый способ производства трех единиц имеет место тогда, когда их выпускает одна фирма, так что функция строго субаддитивна при выпуске Y = 3. Тем не менее при увеличении выпуска с У=2 до У=3 средние издержки, очевидно, возрастают с 9 до 10 долл.; предель­ные издержки также непрерывно растут. Таким образом, экономия от масштаба отсутствует, несмотря на наличие строгой субаддитив­ности.

Далее можно показать достаточность условия экономии от масш­таба для субаддитивности в случае однопродуктовой фирмы (хотя и нельзя показать, что это условие является необходимым, как было продемонстрировано в предыдущем абзаце), однако причина его недо­статочности в многопродуктовом случае поучительна и легко пости­жима. Когда имеет место экономия от масштаба, издержки нельзя снизить, разделив фирму и распределив ее выпуск среди множества более мелких предприятий. Однако наличие экономии от масштаба не исключает возможности повышения эффективности посредством дробления вектора выпуска, к примеру, шестнадцатипродуктовой фирмы среди шестнадцати более мелких предприятий, каждое из которых специализируется на производстве отдельного товара. Если это возможно, то очевидно, что исходная организация производства не удовлетворяет требованиям субаддитивности. Иными словами, экономия от масштаба без одновременного наличия взаимодополняе­мости в производстве различных продуктов фирмы не может гаранти­ровать невозможности организации производства, предполагающей существование большего числа фирм меньшего размера, что означает нарушение условия субаддитивности. Таким образом, субаддитивность как фундаментальное понятие не является аналитически простым эквивалентом понятия экономии от масштаба, а также не может быть аппроксимировано и каким-либо другим известным понятием, кото­рое было бы доступно для непосредственного анализа.

Отсюда со всей очевидностью следует, что существование субад­дитивности очень трудно проверить  эконометрически. Чтобы дока­зать ее наличие, необходимо показать, что не существует комбинации предприятий меньшего размера — не важно, двух предприятий или тысячи, — которые могут произвести данный вектор выпуска с более низкими издержками, чем рассматриваемая фирма. Однако исследо­вание этой проблемы связано не только со значительными проблема­ми из сферы комбинаторики, возникающими при изучении всех воз­можных распределений вектора выпуска, но также и с получением данных об издержках всех возможных фирм с меньшими векторами выпуска: ведь требуются статистические оценки издержек даже тех фирм, которые гораздо меньше любой реально функционирующей или действовавшей в недавнем прошлом компании. К сожалению, как нам известно, данные такого типа могут быть просто недоступны, поскольку исторических аналогов фирмы интересующего нас размера может просто не оказаться. Итак, мы в состоянии оценить статисти­чески форму функции издержек только «в окрестностях» вектора текущего выпуска исследуемой фирмы. Однако для непосредствен­ной проверки предположения о субаддитивности необходимо, по край­ней мере в принципе, оценить форму и положение поверхности из­держек для всех векторов выпуска, меньших, чем вектор выпуска рассматриваемой фирмы. Эконометрические затруднения, возникаю­щие при решении этой задачи, должны быть очевидны.

К этому следует добавить, что у нас отсутствует аналитический критерий проверки субаддитивности, т. е. правило, аналогичное тре­бованиям максимизации функции одной переменной, согласно кото­рым в точке максимума первая производная функции должна быть равна нулю, а вторая производная должна быть отрицательной. Та­ким образом, очевидно, что понятие субаддитивности, несмотря на его интуитивную простоту, отнюдь не делает жизнь исследователя легче.

Поскольку непосредственные методы анализа проблемы отсут­ствуют, вместо них используются косвенные методы. В центре внима­ния исследователей оказался набор условий, достаточных для того, чтобы гарантировать субаддитивность, — условий, которые были бы доступны как для формального анализа, так и для эконометрической оценки. Хотя (как и в случае любых достаточных условий) их нару­шение не опровергает наличия субаддитивности, полезно иметь систему условий, которые в случае их соблюдения гарантируют наличие суб­аддитивности.

Чтобы описать достаточные условия, которые кажутся наиболее полезными в свете имеющихся разработок, нам нужно в первую оче­редь определить два важных понятия — убывающие по лучу средние издержки и кросс-лучевую вогнутость, которые соответственно связа­ны с экономией от масштаба и взаимодополняемостью в производстве нескольких продуктов. Выше уже были высказаны интуитивные до­воды в пользу того, что оба понятия критически важны для анализа субаддитивности.

Понятие убывающих по лучу средних издержек относится к дви­жению издержек вдоль луча в пространстве выпуска. Оно описывает, что происходит со средними издержками при пропорциональном уве­личении объема каждого вида продукции в ассортименте выпуска фирмой (или отрасли). Таким образом, для любого вектора выпуска У любая другая комбинация выпуска, расположенная на том же луче, что и У, задана выражением kY, где k является скалярным парамет­ром, а средние издержки по лучу равны C(kY)/kY. Если мы произ­вольно примем У в качестве единичного вектора на данном луче, то по определению убывающие по лучу средние издержки в точке kY на луче, проходящем через У, будут иметь место тогда и только тогда, когда

 

 

                                                                

http://sites.google.com/site/seinstitutespb/_/rsrc/1236972232998/otraslevaa-struktura/16_.jpg

                                                       

Это неравенство можно также трактовать как определение ло­кальной экономии от масштаба в точке kY. В любом случае, данное условие, безусловно, общеизвестно и не требует дальнейшего обсуж­дения.

Напротив, индикатор взаимодополняемости в производстве не­скольких продуктов — кросс-лучевая вогнутость — появляется толь­ко в работах по теории состязательных рынков и требует некоторых объяснений. В целях упрощения мы будем рассматривать фирму или отрасль, производящую лишь два вида продукции, X и У, и пусть (х, у) будет любой точкой в пространстве выпуска, а (х*, 0) и (0, у*) будут любыми двумя точками на осях пространства выпуска, такими что сегмент линии, соединяющей их, проходит через (х, у). Тогда говорят, что функция издержек характеризуется кросс-лучевой вогну­тостью в (х, у), если существует любой сегмент линии, подобный вышеописанному, при котором сечение функции издержек выше сег­мента линии (х*, 0)(0, у*) является вогнутым, т. е. U-образным. Грубо говоря, это означает, что при любых двух точках, отражающих отно­сительную специализацию вдоль этой линии, из которых одна точ­ка (R) характеризуется доминированием производства продукта X, а другая (S) — доминированием производства продукта У, любой промежуточный, а соответственно менее специализированный, вари­ант (точка Т) соответствует уровню издержек, меньшему, чем среднее значение издержек в R и издержек в S. Ясно, что это просто форма­лизованный способ выражения условия, согласно которому специа­лизированное производство связано с более высокими издержками, чем производство промежуточных комбинаций рассматриваемых продуктов. Таким образом, это разновидность предположения о взаимо­дополняемости; название «кросс-лучевая вогнутость» связано с тем, что U-образное сечение вогнуто, а сегмент линии (х*, 0)(0, у*) должен  пересекать все возможные лучи в неотрицательном квадранте про­странства выпуска.

Нетрудно продемонстрировать (хотя мы не будем приводить здесь строгого доказательства) справедливость следующего базисного утверж­дения: система достаточных условий, гарантирующих строгую субад­дитивность функции издержек при некотором векторе выпуска У, предусматривает, что функция издержек характеризуется строгим убыванием средних издержек по лучу при всех У* < У и нестрогой кросс-лучевой вогнутостью при У.

Интуитивно этот результат объясняется просто. Когда оба эти условия удовлетворены, невозможно добиться экономии издержек посредством дробления выпуска отдельно взятой фирмы, производя­щей У, поскольку убывание средних издержек по лучу свидетель­ствует о том, что меньшие по масштабу «копии» данной фирмы будут нести непропорционально более высокие издержки, а кросс-лучевая вогнутость гарантирует, что то же самое будет верно для меньших по размеру специализированных фирм. Таким образом, любой из двух вариантов дробления вектора выпуска У среди меньших по размеру предприятий должен вести к росту издержек, а это означает, что функция издержек субаддитивна при У.2

Важность данного тезиса состоит в том, что он обеспечивает кос­венный метод проверки субаддитивности. Даже если мы не можем проверить ее прямо — либо аналитически, либо эконометрически, — то, если нам удается подтвердить соблюдение обеих частей условия достаточности, мы сможем сделать вывод о наличии субаддитивно­сти. Поскольку как убывание средних издержек по лучу, так и кросс-лучевая вогнутость представляют собой понятия, вполне поддающиеся содержательной интерпретации, они были заложены в основу многих теоретических работ и еще большего числа эмпирических исследо­ваний.

Теперь мы рассмотрим еще одну теорему, являющуюся централь­ной для фактического процесса определения отраслевой структуры. Она задает ограничение на количество фирм в многопродуктовой отрасли при минимизирующей издержки структуре, опирающееся на определенную информацию о структуре издержек в соответствующей отрасли. Это число предприятий подскажет нам, будет ли в условиях состязательного равновесия данная отрасль монополистической, олигополистической или примет какую-либо иную стандартную рыноч­ную форму. Особые трудности, связанные с этой теоремой, возникают вследствие многопродуктового характера отрасли, означающего, что фирмы могут отличаться друг от друга как по ассортименту выпуска­емых продуктов, так и по объемам выпуска каждого из этих продуктов.

____________________________________________________

2 Доказательство см. в: Baumol, 1977.

 

 

Таким образом, мы не можем просто трактовать каждую из этих фирм в случае п фирм в отрасли как ответственную за производство одной n-й части вектора выпуска отрасли.

Для изложения этой теоремы нам нужно определить послед­нее понятие — геометрическое место точек эффективных масшта­бов. Для каждой комбинации выпуска, т. е. для каждого луча в пространстве выпуска, мы ожидаем, что при некотором уровне вы­пуска k*Y средние по данному лучу издержки производства комби­нации продуктов достигнут минимального значения. Это значение k*Y можно рассматривать как эффективный масштаб выпуска по лучу, проходящему через точку Y. Предположим далее, что для каждого луча в пространстве выпуска k* является единственным. Тогда мы можем определить геометрическое место точек эффек­тивных масштабов (геометрическое место точек М) как множе­ство всех точек k*Y для каждого луча в неотрицательном квадран­те пространства выпуска.

Ограничим теперь это геометрическое место точек двумя ги­перплоскостями. Первая из них, задающая нижнюю линейную грани­цу L, располагается на указанном множестве точек или ниже этого множества, но как можно дальше от начала координат.3 Аналогич­ным образом верхняя линейная граница U задается гиперплоско­стью, расположенной на указанном множестве точек или выше этого множества, но как можно ближе к началу координат. Пусть УI    будет вектором отраслевого выпуска, а l и u — двумя скалярными констан­тами, такими, что lYI располагается на L, a  uYI располагается на U, причем, что естественно, l < и. Теперь мы выдвигаем следующий тезис:4 если п — количество фирм при минимизирующей издержки отраслевой структуре, то

                                                                       

http://sites.google.com/site/seinstitutespb/_/rsrc/1236972362260/otraslevaa-struktura/18_.jpg

Грубо говоря, этот тезис является многопродуктовым аналогом интуитивно очевидного результата для однопродуктового случая, со­гласно которому если У — отраслевой выпуск, т — эффективный масштаб производства и Y/m — целое число, то минимизирующее издержки число фирм должно составлять Y/m. Разнообразие ассор­тимента продукции, которую могут выпускать фирмы в многопродук­товом случае, обусловливает наличие диапазона, в который попадает минимизирующее издержки число фирм.

_______________________________________________________

3 Здесь мы измеряем расстояние от начала координат вдоль луча, про­ходящего через вектор отраслевого выпуска У1.

4 Такая формулировка данного тезиса верна лишь приблизительно, но вполне подходит для наших целей. Более строгую формулировку и ее дока­зательство см. в: Baumol et al., 1988: ch. 5, Section F и ch. 5, Appendix III.

 

 

Наше обсуждение продвинулось достаточно далеко, чтобы дать представление об аналитическом инструментарии теории состязатель­ных рынков, используемом для изучения детерминант отраслевой структуры, поэтому здесь нет необходимости углубляться в дальней­шие его детали.

 

24.8. Заключительные замечания

 

Нет сомнений, что в анализе эндогенных факторов, влияющих на отраслевую структуру и, возможно, в значительной мере определяю­щих ее на практике, был достигнут значительный прогресс. Разнооб­разие используемых подходов, несомненно, расширяет перспективы получения новых содержательных результатов в этой важной сфере исследований. Ее значение для теории, чья цель состоит в понимании экономических явлений, кажется самоочевидной. Ее значение для выработки экономической политики также несомненно, поскольку мы не можем надеяться на достижение «желаемых» изменений в отраслевой структуре, если не поймем, какие факторы делают эту структуру такой, какая она есть.

Один из выводов, вытекающих из предшествующего изложения, заслуживает того, чтобы еще раз уделить ему внимание. Хотя, быть может, рассмотрение по отдельности процесса определения цен и выпуска, с одной стороны, и процесса определения отраслевой струк­туры — с другой, является обоснованным в качестве аналитического упрощения, теперь очевидно, что оно в принципе некорректно. Как было многократно продемонстрировано в предыдущем разделе, отрас­левая структура несомненно зависит от отраслевого выпуска, кото­рый, в свою очередь, зависит от цен. Однако в господствующей тео­рии общим местом является утверждение о том, что цены и выпуск сами по себе зависят от структуры исследуемой отрасли. Короче го­воря, перед нами — еще один случай, когда корректный анализ пред­полагает признание взаимной связи между исследуемыми феноме­нами.

 

 

Литература

 

Baumol W. J. On the proper cost tests for natural monopoly in a multi product industry // American Economic Review.

 1977. Vol. 67. P. 809-822.

Baumol W. J., Panzar J. C, Willig R. D. Contestable Markets and the Theory of Industry Structure / revised edn. San Diego, CA: Harcourt Brace Jovanovich, 1988.

Davidson C, Deneckere R. Incentives to form coalitions with Bertrand competi­tion// Rand Journal of Economics. 1985. Vol. 17. P. 404-415.

Faulhaber G.R. Cross-subsidization: pricing in public enterprises//American Economic Review. 1975. Vol. 65. P. 966-977. Fudenberg D., Tirole J. The fat-cat effect, the puppy-dog ploy and the lean and hungry look // American Economic Review, Papers and Proceedings. 1984. Vol. 74. P. 361-366.

Neumann J. von, Morgenstem O. Theory of Games and Economic Behavior. Princeton, NJ : Princeton University Press, 1944.

Salant S., Switzer S., Reynolds R. Losses from horizontal merger: the effects of an exogenous change in industry structure on Coumot-Nash equilibrium // Quarterly Journal of Economics. 1983. Vol. 98. P. 185-199.

Shapiro C. Theories of oligopoly behavior // Discussion paper 126. Woodrow Wilson School, Princeton University, 1987. Williamson О. E. The Economic Institutions of Capitalism. New York: Free Press, 1985.

 

вернуться


Координация материалов. Экономическая школа





Контакты


Институт "Экономическая школа" Национального исследовательского университета - Высшей школы экономики

Директор Иванов Михаил Алексеевич; E-mail: seihse@mail.ru; sei-spb@hse.ru

Издательство Руководитель Бабич Владимир Валентинович; E-mail: publishseihse@mail.ru

Лаборатория Интернет-проектов Руководитель Сторчевой Максим Анатольевич; E-mail: storch@mail.ru

Системный администратор Григорьев Сергей Алексеевич; E-mail: _sag_@mail.ru